Новости Алания Турция Он сунул рукой рубильника на стене и опустил его вниз.
Лампы в комнате ожили. Кто знает откуда взялось питания, и они начали загораться одна за другой. Длинные флуоресцентные трубки под потолком вспыхивали равным сине-серым светом.
Перед ними была контрольная комната. Вылизано-чистая, даже за то время, что она не использовалась.
Набор стандартный для РБМК. Несколько пультов управления, на которых натыканы контролеры. На стенах-датчики экранчики. Вон, над пультом оператора-большая круглая схема крышки реактора, каждый квадратик на ней соответствует или предохранительном стержню или топливном элемента. Она светилась разными цветами, индуктирующей, которые стержни опущены, как подняты, как элементы сейчас задействованы ... На пульте оператора-такая же схема, но она составлена из кнопок, которыми инженер приводил реактор в действие. Сбоку на стене еще-большой блок круглых датчиков со стрелками, которые отражали все показатели реактора, которые были нужны инженерам. Все стрелки сейчас замерли на отметке 0.
А вон там большой индикатор мощи в активной зоне реактора. На светодиодном табло освещалось четырехзначное число, щоиндикувало мощность в мегаваттах.
Здесь кружил отзвук последнего момента работы этих изящных приборов. Тогда, когда реактор заглушили, выключили навсегда. Посторонние решили-мало того, щоинженеры здесь набирают дозы медленной смерти, так еще и эти реакторы (даже без экспериментальных надругательств над ними) рискуют выйти из строя. Фобия чистой воды. Руководство приняло постановление выключить станцию. И вот тогда, в тот памятный день, при всех высших государственных лицах и представителях международных организаций, с которыми заключались соглашения и скреплялись договоренности, старший инженер повернул ключ АЗ-5, опустив в реактор все стержни, и навеки убив цепную реакцию. Вон тот переключатель-закрытый стеклянных колпачком и опломбирован, как и в рабочее время. Крутящий его в другую сторону, и стержни из реактора выйдут. Тогда можно возобновить работу, позяк топливо все еще оставалось в активной зоне, и механизмы работали совершенстве.
Все те детали Яррос схватил одним взглядом. Он мог еще час провести в комнате, рассматривая контроллеры и изучая, что и как работает. А потом медленно и осторожно начать активацию элементов, восстановил цепную реакцию и вернуть энергоблок к жизни ...
А так Визард просто прйшлы через контрольную комнату к двери с другой стороны. Вход по их спинам с лязгом закрылся. Воины развернулись к нему. Казалось, щоякась сила извне заставила дверь заехать на место. Ничего больше не случилось.
"Ничего вроде бы не"-сказал Кот.
"Никому ничего не трогать!"-Прорычал Заррин, увидев, как Толл хочет потрогать рычаг на пульте управления турбиной - "Один неправильное движение, и мы мертвы. Пошли вперед!"
И они двинулись к другой двери. Яррос чего подумал, что они будут заперты, но помылись-двери легко подались. За ними оказался небольшой коридор и лестничная клетка конце него, как только они туда вышли, как свет в контрольной комнате погас сам собой.
"Мне это не нравится-покачал головой Лодд .-" Чего энергия прыгает? "
"А, Двипп знает"-отмахнулся Заррин .- "Не знаю, эти знания нам сейчас особенно помогут. Ярросе, пошли".
"То-то же, щоДвипп знает" - вздохнул Яррос, но вслух ничего не сказал.
Они начали спускаться вниз лестничными маршами. Слева от них была стена. Справа бездна. Яррос знал, что там. Это был здоровенный пустой цииндр под конфайнментом. Внизу была толстая круглая крышка, отделяли этот свободное пространство от активной зоны внизу. Именно под здесь крышку они и залезть. Конечно, так называемая "активная зона" сейчас совсем не активна, а спокойная, как могильник фон-техники, они переходили (ой, как давно это было ...), но в ней все равно множество опасностей, среди которых радиоактивность-не худшая.
Наконец, лестничные марши закончились. Теперь группа стояла на высоком балконе, под которым на высоте в пять метров располагалась круглая крышка, дияметром в несколько сотен метров. Купить или продать собаку:
товары для собак.